Школа для бессмертных
Люди умирают и старятся исключительно потому, что им так удобно. Эта восхитительная мысль пришла в голову нашему современнику Владимиру Петровичу Лещенко.

На днях он приехал из Таганрога, нашел проспект Мира, поднялся на один из московских чердаков, открыл дверь и увидел там себя, сидящего в задумчивой позе на синем пледе. Другой Лещенко первому обрадовался, как всегда. Вот уже седьмой десяток один Лещенко радуется другому, своему брату.

После бурного приветствия и аскетического угощения оба близнеца, морща одинаковые лбы, склоняются над листами миллиметровки. Они рассматривают проект школы возрождения, или школы для долгожителей, или для бессмертных. Школа трехэтажная, с жилыми помещениями, кухней, каминным залом и сауной. За пределами этого великолепия долгожителей ожидает великолепие не менее изысканное -- горы Тянь-Шаня. Помимо синих птиц семейства дроздовых на Тянь-Шане много заброшенных зданий. Так, школа разместится на территории бывшей тюрьмы. Со всей страны сюда клином потянутся те пожилые люди, которые решили с пользой провести следующие сто лет. Но чтобы сюда подтянуться, мало просто состариться, это-то каждый может сделать достаточно легко. Главная цель «школьников» как раз обратная -- помолодеть. А этот бойкий, трудоемкий и энергоемкий процесс противоположен пассивному старению.

ОТ ЯЙЦА

Александр Петрович Лещенко пришел к выводу, что люди к старости становятся ленивыми. Им нравится себя жалеть, вести старческий образ жизни, долго спать и мало двигаться. И именно это -- причина приближения смерти. То есть старость во многом следствие лени. Можно применить такую красивую метафору: застойная вода загнивает, а быстрый ручей остается журчащим и светлым. Вот так и у людей.

Тянь-шаньские «школьники» должны быть одержимы идеей. Выбор идей неограничен: от полета на Луну до выращивания герани в горошинку. Главное, чтобы это действительно увлекало и человека утром рывком подбрасывало в постели. Здесь соберутся люди, по-прежнему желающие интересно жить и получать знания, потому что это прежде всего школа, в которой каждый является учителем и учеником. Занятия будут проводиться в группах по интересам: астрономия, терралогия, паразитология или строительная механика. Поэтому важно заполучить специалистов из всех областей. Пока же есть два учителя. Александр Петрович -- инженер, а Владимир Петрович -- художник.

Но одной учебой жив не будешь. Это второе прозрение Александра Петровича. Вернее, он выступил как транслятор, а авторами являются тибетские ламы. Их братья Лещенко встретили во время одной из поездок за вдохновением: один -- для картин, другой -- для инженерных решений. Тибетский врач доверительно передал Александру Петровичу пять упражнений, которые восстанавливают наше биополе. Есть еще шестое упражнение, но его Александр Петрович старается пока не афишировать, так как оно связано с сексуальной энергией. Это не от жадности. Просто врач сказал, что оно только для продвинутых с крепким биополем.

Все упражнения представляют собой некие вращательные телодвижения, отнимающие у долгожителей 15 -- 20 минут в день. Разрушенное человеческое биополе постепенно залатывается и приобретает первоначальную форму яйца. Кстати, Кощей умер после того, как Иван-царевич разрушил его яйцо.

Упражнения нужно делать каждый день. Это очень неудобно, особенно в поезде «Таганрог -- Москва». Но тут уж выбирайте: или вы живете двести лет, или стесняетесь. Александр Петрович возит с собой специальный коврик. В поезде он открыто вытащил его, пошел в тамбур и проделал все тибетские упражнения на радость другим пассажирам.

Полукруглые окошки на чердаке братьев Лещенко создают ощущение подводной лодки. Огромная подводная лодка ложится на дно, потому что за окнами становится совсем темно. Передвигаться по чердаку впотьмах опасно, так как можно натолкнуться на холсты. Да и трудно не споткнуться, когда они находятся здесь повсеместно. На картинах в бесконечном разнообразии две темы: горы и пески. Больше ничего и никого. Владимир Петрович гордится, что за всю жизнь не нарисовал ни одного трамвая. А между тем в Пензенском художественном училище им. Грекова художник прежде всего оценивался по количеству нарисованных трамваев. Чуть меньше после трамваев ценились колхозницы и линии электропередач. За сопротивление Владимир Петрович был выгнан из пензенского училища. Оно и к лучшему, потому что большинство его сокурсников сегодня спились и умерли. А он только начинает жить. Это такая честность перед собой.

Вообще братья Лещенко очень любят правду. За время интервью ни один, ни другой ни разу не соврали. И так всю жизнь. Один говорил правду в Пензе и Москве, другой -- в Новочеркасске и Таганроге. Из этой жажды справедливости и возникла школа для долгожителей.

БИТВА С АКАДЕМИКАМИ

Многие таганрожцы благополучно работают на заводе «Красный котельщик» или «Виброприбор». Но этим прекрасным местам работы Александр Петрович предпочел подвал на Заводской улице. Раньше площадь эту занимала слесарная мастерская со слесарями. Люди спились, а мастерская осталась. Александр Петрович договорился с жэком и принялся создавать себе лабораторию, вытащив предварительно оттуда пять тонн мусора -- вот какие бывают нечистоплотные слесари. Строительная механика -- это очень полезная наука. Она посредством Александра Петровича изучает принципы и методы расчета сооружений на прочность, жесткость, ударную и вибрационную устойчивость.

Все эти дела Александр Петрович делает ночами в подвале простого таганрожского дома. Понятно, что такие дела тихо не делаются. Строительная механика -- шумная наука, это знают все жильцы дома, в котором живет и работает Александр Петрович. Только он разгонит трубу какую-нибудь до критической скорости, а тут соседи как раз рубильник и выдернут. Это они вовсе не из-за шума, а, как полагает Александр Петрович, больше из-за зависти. По его словам, в Таганроге бытует принцип: человеку тогда плохо, когда другому хорошо. А денег у Александра Петровича было много, потому что помимо экспериментов с металлическими болванками он один за другим там же, в подвале, создавал мемориальные комплексы. В комплекс входили: солдат семиметровый в каске -- 1 шт., венок -- 2 шт., стела -- 2 шт., знамя приспущенное -- 1 шт. Разработал проект художник Лещенко. Этот комплекс был популярен среди директоров совхозов. Все заработанные деньги Александр Петрович вкладывал в лабораторию. Хотя нет, он еще корабль построил и назвал «Марией» в честь матери.

Теперь мы подходим к трагической коллизии жизни Александра Лещенко. Хотя, может быть, она и не трагическая, потому что, если бы ее не было, Александр Петрович тоже бы состарился и обленился, потому что не было бы у него такой ответственной цели.

С первого же года обучения на кафедре строительной механики и сопротивления материалов в городе Новочеркасске за Александром Петровичем закрепилось звание правдоруба. А спустя несколько лет упорного доказывания своей правоты -- и звание ненормального. Для констатации этого факта его даже пытались отправить в психушку. Но братья обошли КГБ так же ловко, как Ильич обманывал жандармов. Перед началом выступления с докторской диссертацией во дворе института они заметили «скорую помощь». Тогда на ступеньки непринужденно вышел брат-близнец, за что был скручен и посажен в машину. Уже в дороге санитары поняли свою ошибку, но было слишком поздно. Нужный брат уже скрылся и вскоре перебрался в Таганрог.

Здесь, в своем подвале ему удалось создать качественно новую науку о расчетах, которая противоречит признанной власовской теории. Власову два раза дали Государственную премию. А Александру Петровичу ничего не дали, даже докторской степени. Хотя благодаря его теории можно облегчать конструкции и реально экономить сотни тысяч долларов. Но академики Петербургской академии архитектуры званий не дают. То ли потому, что надо переписывать все учебники и переучивать преподавателей, то ли потому, что на защите диссертации Александр Петрович всегда цитирует Евангелие от Матфея и называет ученый совет книжниками и фарисеями. Побороть оппонентов и отстоять свою правду -- дело чести и самой жизни таганрожского ученого. В том смысле, что это та самая идея, которая подбрасывает его утром с кровати и не дает стареть.

В это время брата-близнеца тоже подбрасывает с кровати. Владимир Петрович иногда даже спит одетым, чтобы, проснувшись, не тратить время на эти условности. Он сразу бежит в другую часть своего чердака -- начать творить. Это важно, потому что за железной дверью, ведущей в подъезд, Владимира Петровича с утра до вечера поджидают бытовые проблемы. Например, проблема в виде тестя и тещи, кладовщиков из Санкт-Петербурга. Они часто приезжают и пытаются убедить Владимира Петровича приносить все деньги в семью. Но художника, который слишком дорожит временем и своими возможностями, невозможно обуздать. Так что каждый год он бросает все и уезжает в Хибины или на Тянь-Шань, где нет ни одной кладовки, за вдохновением.

Тем не менее Владимир Петрович многое из задуманного еще не сделал. Для наверстывания упущенного необходимо лет сто-сто пятьдесят. Кроме этого, он уверен, что вялый жирный художник не сможет творить. Нужно быть прежде всего мужчиной, а импотент вряд ли что-нибудь сможет создать. По крайней мере нечто такое же грандиозное, как картины Владимира Петровича.

Силы для борьбы с академиками и не только братья Лещенко черпают в вере. Александр Петрович, например, любит приводить такое сравнение: «Иисуса распяли священники за то, что он их разоблачал. Вот это точно мой путь в науке». Из этого ясно, что священников Александр Петрович тоже не любит. Да и с чего бы ему их любить, когда из-за священников братья Лещенко зря потратили несколько месяцев жизни. Пару лет назад, испытывая материальные трудности, они взялись отреставрировать церковь в деревне Дровнино. Пока строили, священники ставили их всем в пример, хвалили и угощали обедом. А когда дошло дело до 20 тысяч долларов, оговоренных по контракту, обвинили в корысти. И денег не заплатили. Поэтому в Бога братья верят, а в церковь нет.

Так что вы не подумайте, будто они собираются жить вечно, впав, например, в какую-нибудь Дао. Нет, они христиане. Просто одному Богом заложено определенное количество картин. А другому нужно донести людям свою идею строительной механики тонкостенных конструкций. Для этого необходимо написать пять толстых книг и еще три очень толстых тома под названиями: «Прочность», «Устойчивость», «Колебания». На все ему тоже потребуется еще чуть больше ста лет: «Я положил несколько десятилетий на разработку своей теории. Следующие сто лет займусь ее внедрением в жизнь. Мне нужно победить своих оппонентов». Тут, конечно, Александр Петрович схитрил, потому что оппонентов в школу не примут и они вряд ли столько проживут.

Так что пока есть достойные цели у основателей школы, и можно надеяться, что скоро мы услышим о первых бессмертных, изучающих чистописание в горах Тянь-Шаня.

 
Елена Кудрявцева
Огонек, №13 от 10.04.2000
сайт братьев Лещенко: горы, живопись, наука
© 2005-2006 leschenko-bros.ru
Все фотографические, текстовые и иные материалы защищены авторским правом. Ни одна часть работ не может быть
воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами без письменного разрешения автора.